The plague in Irkutsk is not confirmed – what is really known about the mysterious incident

Важно! Этот материал носит исключительно информационный характер и не может являться основой для постановки диагноза или медицинских выводов. Публикации на сайте основаны на последних актуальных и научно обоснованных исследованиях в области медицины. Если Вас беспокоят проблемы со здоровьем, обязательно обратитесь к врачу.

Сообщения о возможной вспышке чумы в Иркутской области России вызвали беспокойство далеко за ее пределами. Поводом стала смерть молодой сотрудницы научно-исследовательского института, однако подтверждений заражения чумой до сих пор нет, а обстоятельства инцидента остаются неясными.

Детский врач Евгений Комаровский в эксклюзивном интервью 24 Каналу объяснил, какие детали этой истории действительно заслуживают внимания. Он поставил под сомнение распространенную версию о случайном заражении в лаборатории и рассказал, что может стоять за тревожными сообщениями из России.

Смерть сотрудницы института не подтверждает вспышку чумы

Поводом для сообщений о возможной эпидемии стала смерть молодой женщины, которая работала в научно-исследовательском институте чумы в Иркутске. Ее госпитализировали с пневмонией неясной этиологии, то есть с воспалением легких, точный возбудитель которого не был установлен. Сочетание такого диагноза с местом работы умершей вызвало предположения о возможном заражении особо опасной инфекцией.

Однако неустановленная причина пневмонии сама по себе не свидетельствует о сокрытии опасного заболевания. Даже современные методы диагностики не всегда позволяют определить конкретный микроорганизм, вызвавший воспаление легких. Комаровский обратил внимание, что подобные случаи случаются и за пределами лабораторий, работающих с опасными инфекциями.

Когда молодой здоровый человек умирает от воспаления легких – такие случаи, к сожалению, бывают – то как минимум в 50% случаев медицина не может ответить на вопрос, какой именно микроорганизм убил этого человека. То есть в самом диагнозе "пневмония неясной этиологии" нет ничего удивительного,– пояснил Комаровский.

Гораздо больше вопросов у врача вызвала реакция российских ведомств и отсутствие понятной официальной информации. После заболевания женщины, как сообщалось, около 200 человек, которые могли с ней контактировать, госпитализировали и начали давать им антибиотики. Такие меры могли быть связаны с подозрением на опасное заражение, однако они еще не доказывают, что речь шла именно о чуме.

В случае легочной формы заболевания за время, прошедшее после инцидента, могли бы появиться новые случаи среди контактных лиц. В то же время достоверных сообщений о дополнительных заражениях или смертях не поступало. Комаровский сомневается, что масштабное распространение инфекции удалось бы полностью скрыть.

И если бы это было так, то скрыть это очень-очень сложно. Обязательно бы что-то просочилось, что кто-то еще заболел, кто-то еще умер. Такой информации нет. То есть нет впечатления, что вспышка разрастается. Опять же, мы не знаем, вспышка чего. Чума никем не подтверждена,– подчеркнул врач.

Нехватка объективной информации беспокоит не только Украину, но и другие государства. В частности, вопросы возникают у стран, куда россияне приезжают из Иркутской области, ведь без достоверных данных невозможно оценить даже характер потенциальной угрозы.

Версию о разбитой пробирке Комаровский высмеял

Среди объяснений инцидента появилась история о том, что 28-летняя сотрудница якобы случайно разбила пробирку с возбудителем чумы и заразилась. Комаровский отнесся к этой версии крайне скептически, обратив внимание на особенности работы с опасными материалами.

Для возникновения легочной формы заболевания по такому сценарию женщина должна была бы непосредственно вдохнуть возбудителя. В то же время версия предполагает, что сотрудница переносила опасный материал без надлежащей защитной одежды, а после повреждения пробирки начала его собирать. Такое стечение обстоятельств врач назвал малоубедительным.

Когда слышишь все эти разговоры о том, как 28-летняя женщина разбила пробирку, это звучит примерно так: сержант Иванов взял ядерную бомбу и нечаянно ее запустил или уронил. Вот примерно так это звучит,– сказал Комаровский.

В то же время масштабная реакция российских служб не обязательно означает, что опасный возбудитель действительно попал за пределы лаборатории. Учреждения, работающие с такими материалами, должны реагировать даже на незначительные подозрения о возможном заражении.

Поэтому госпитализация контактных лиц и назначение антибиотиков могли быть обычными мерами предосторожности. Врач не исключает, что ответственные службы решили максимально перестраховаться, не дожидаясь подтверждения конкретной инфекции.

Если в НИИ произошло какое-то событие и они хотя бы на 1% опасались, что может что-то случиться, они должны были отреагировать. Они отреагировали в соответствии с протоколами. Перестраховались по максимуму,– пояснил врач.

Однако российская сторона не предоставила достаточно информации, чтобы развеять вопросы об обстоятельствах смерти сотрудницы. Комаровский обратил внимание, что международное сообщество ожидает объяснений, тогда как российские ведомства, похоже, не спешат их предоставлять. Из-за этого даже обычные противоэпидемические меры стали восприниматься как возможное подтверждение масштабной чрезвычайной ситуации.

В российском институте могли работать не только с чумой

Самым важным Комаровский считает вопрос, действительно ли в Иркутске речь идет о чуме. Название института и сообщение о смерти его сотрудницы пока не позволяют установить, какой именно возбудитель или другое опасное вещество могли стать причиной инцидента.

Противочумные учреждения занимаются широким спектром особо опасных инфекций, исследованием токсинов и противоэпидемическими мерами. Поэтому врач не исключает, что причиной смерти могло быть совсем другое заболевание или даже воздействие опасного вещества. В то же время никаких подтверждений таких версий в ходе беседы приведено не было.

Чума – классный заголовок, но на самом деле представить себе, что чума нам угрожает, практически невозможно. А вот подумать о том, что там может быть что угодно... Мы же можем только гадать,– отметил Комаровский.

Среди чисто гипотетических сценариев он упомянул даже возможность контакта с токсичным веществом вроде "Новичка". Однако сразу же заметил, что такое развитие событий маловероятно и нет оснований считать его более достоверным, чем версия о чуме.

Проблема заключается в том, что само название противочумного института подталкивает людей к самому простому объяснению. При этом другие направления деятельности учреждения остаются без внимания, хотя его сотрудники могут работать с различными возбудителями и опасными материалами.

Противочумной институт занимается огромным количеством других особо опасных инфекций. Он занимается и инфекционными токсинами, и изучает противоэпидемические меры. То есть этому институту есть чем заняться, кроме чумы,– подчеркнул врач.

Комаровский также обратил внимание на информационный ажиотаж вокруг российских лабораторий. Ранее Россия распространяла истории о якобы украинских биолабораториях и "боевых комарах", а теперь объектом подобных предположений стали российские научные учреждения. Врач назвал это своеобразным информационным бумерангом, но подчеркнул, что хотел бы видеть его последствия для Кремля, а не для обычных жителей Иркутска.

Евгений Комаровский о чуме в Иркутске: смотрите видео